Naruto: After War

Объявление


Администрация



Топы

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru

Новости


15.06.2018г. Летняя акция.

15.06.2018г. Чистка ролей.

Текущий челлендж

Нарушь закон

FAQ
Акции
О мире
Сюжет
Правила
Эпизоды
Список ролей
Шаблон анкеты

Активисты и лучший писатель:




Лучший эпизод

Он выкатился, рухнув коленками и ладонями
в стылую землю и замер там, подняв голову.
«Читать дальше»

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Naruto: After War » Вечное Цукуёми » 22.10.00. See me, hear me


22.10.00. See me, hear me

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

1. Место
Дом Учиха

2. Время
Раннее утро, до рассвета

3. Участники
Учиха Итачи, Учиха Саске

4. Завязка
Невидимый ни для кого, кроме младшего брата, Итачи возвращается домой, чтобы поговорить, смешивая сон с реальностью.

+1

2

"Однажды я вернусь", - тёплого дерева пола коснулись шершавые птичьи лапы - Итачи знал, как проникнуть в дом без шума. За алым блеском в глазах ворона скрывался взгляд Итачи. Однажды снова сюда он ступит своими собственными ногами. Поднимется по лестнице, пройдёт по коридору, тихо ступая, заглянет сквозь едва приоткрытую дверь, убеждаясь, что его младший брат спит.
С каждым годом он становился всё дальше, уходя, отстраняясь, оставляя этому дому за собой лишь холод скрытых чувств. Даже комната его, знакомая с детства, была пуста - аккуратно сложенная одежда, оружие и форма АНБУ. Там не было ничего, словно и детства его не было. Но сердце его было там. Уходя теперь по-настоящему, он не знал, сможет ли вернуться. Если проиграет навязанную ему битву, навсегда лишится своего дома, не имея больше шансов вернуться. Даже проиграв деревню Данзо, он выживет. Он сохранит свою жизнь, как бы не повернулись события, готовый уйти насовсем, стать нукенином, но исполнить обещание.
Так звучали вчера его мысли, так он думал, ощущая, что убегает. Но мысли его изменились. Когда Итачи оглянулся назад, он наконец понял. Он не уйдёт, его отступление не значит побег, а его прощание с Конохагакуре лишь временно. Потому что за те годы, что он провёл, выживая между двух сил, стоя босыми ногами на заточенном клинке баланса сил, он вырос. Каким бы он ни был, ребёнком легко управлять. Отец имел на него влияние, деревня имела на него влияние. Даже если ему казалось, что на это лезвие он поднялся сам, его поступок был совершён под влиянием тех, кто заточил тот клинок. Но время прошло, и теперь он видел это своими глазами, он знал об этом, и знал, кто он. Его собственное время было почти на исходе, но Скрытый Лист больше не был лишь деревней, в которой он рождён. Это была его деревня, он знал её, и знал, что происходит там, и не был к этому безразличен.
Вместо "Так не должно быть" теперь он думал "Я не позволю этому быть".
Но такой выбор не проходит бесследно. Сделав его, Итачи должен довести его до конца.

С каждым годом он становился всё дальше ради того, чтобы тот клинок никогда не коснулся лезвием его младшего брата. Он хотел, чтобы Саске вырос в спокойном мире. Чтобы он не знал войны, чтобы он не знал, какой одиночество приходит вместе с силой. Чтобы человек, в котором была заключена вся тьма под корнями древа Конохи, никогда не протянул к Саске своих рук.
Но всё это было ошибкой... Желание защитить в итоге принесло его младшему брату лишь боль одиночества и разъедающую сердце ненависть.
Слишком поздно Итачи сумел понять всё это... Спасти от одиночества нельзя уходя во тьму самому. Теперь же было слишком поздно - и Данзо добрался до Саске.
Лишь закрыть глаза, давя холод в груди, оставалось Итачи, когда он понял это, увидев младшего брата глазами своих воронов. Но в то же время страха в Итачи оказалось меньше. Ведь его брат вырос. Ведь сам Итачи изменился. И он верил в младшего брата.

Он ждал до глубокой ночи, прежде чем обратить своё внимание к ворону, следовавшему за Саске с тех пор, как Итачи покинул деревню. Тогда он не успел предупредить Ино - ему осталось лишь смотреть, как Саске вместе с двумя АНБУ забирает её. Он не мог оставить её, вся ответственность за происходящее была на нём, и она могла пострадать теперь, но сейчас он не мог вытащить её, не устроив много шума, и потому такую возможность он оставил на крайний случай.
Наблюдая за Саске, он понял, что тот ничем не выдаёт своих эмоций по поводу происходящего, послушно исполняя приказы, но Итачи был уверен, что Саске не может всерьёз верить, что его брат убивал генинов Конохи. Обвинение абсурдно. Как бы ни заблуждался Итачи эти годы, на подобное он был совершенно точно не способен, Саске не мог не понимать этого.
И, если Итачи не ошибался теперь... то это значило, что у Саске есть его цели, которые он скрывает от Данзо и всей деревни.
Поэтому Итачи ждал так долго, прежде чем следовавший за Саске ворон забрался в их дом. Ему нужно было поговорить с младшим братом, но сделать это нужно было так, чтобы никто не мог знать.

До рассвета оставалось несколько часов, когда чернокрылая птица появилась в комнате Саске. Если брат спит, ворон разбудит его, позволяя Итачи сразу же активировать гендзюцу.
Он не был одет как АНБУ в этой иллюзии. В домашней одежде его образа отражалось то, как самому Итачи хотелось бы вернуться, прийти снова домой. Он сидел на полу, скрестив босые ноги, и смотрел на брата. Прежде чем их взгляды встретятся, лицо Итачи оставалось задумчивым, частично скрытое чёлкой. Переставшему скрывать сейчас себя за непроницаемой стеной Итачи казалось, что он мог бы и действительно сидеть рядом со спящим братом, бездумно глядя на него.
В действительности он просто волновался. За себя, за деревню, за Минато. За Саске... Больше всего - за Саске.

+3

3

[indent] Саске не спал. Бессонница поглотила полностью, спутала дни и ночи, забрала черными пальцами израненное сердце. Только сейчас, оставшись наедине с самим собой, можно было выдохнуть, тяжело сгорбить плечи, уставиться невидящим взглядом в темноту. Лунный свет квадратами на полу совсем как в тот день, когда родители уехали, а брат разрешил остаться на ночь с ним. Они тогда долго разговаривали, ночь пахла тишиной и покоем. "Где ты, Итачи?" Тонкие брови тяжело сошлись на переносице, Саске оперся локтем на согнутое колено, запрокинув голову назад, закрыв глаза и коснувшись затылком холодной стены. Родители не беспокоились, они давно привыкли к долгим отсутствиям Итачи, а Саске не говорил, что происходит на самом деле. Отец мог думать только об исчезновении Минато, в его глазах поселился страх, Саске ощущал его почти физически каждый раз, проходя мимо. Всем попросту не до того, а Итачи... Он мог позаботиться о себе, верно? Тогда отчего так сильно сжималось сердце, отдаваясь резкой болью в груди?
[indent] Вдох-выдох. Теперь никого не осталось, только он один. Избавился от Наруто, отвадил Сакуру, даже те, кого задел лишь косвенно, могли легко поплатиться жизнью. Нельзя никого подпускать, если не хочешь последствий, Саске твердо это усвоил. Если думаешь, что один и в безопасности, это неправда, весь мир - большая ложь, иллюзия, которой не должно существовать. Слишком беззаботные, счастливые, идеальные... Так не бывает. Рука сжалась в кулак, последовал негромкий удар о дощатый пол. Никому не следует знать, что он думает на самом деле, что чувствует... Иначе все пропадет, рухнет карточный домик, тщательно выстраиваемый из тонкого картона. "Что мне делать?"
[indent] Тихий шорох - в окно порхнул ворон, обратившись дымчатой иллюзией. Первым порывом было броситься навстречу обманчивому образу, спросить, как он, но Саске сдержался, не шелохнулся, проследил мрачным взглядом, опустив руку вниз. Итачи не стал бы так рисковать, если бы дело не было серьезным, кроме того, неизвестно, как много времени у них имелось, прежде чем шпионы заметят проникновение. В том, что за домом следят, сомневаться не стоило.
[indent] - Ты пришел зря, Итачи.
[indent] Негромкий голос, предназначенный лишь для одних ушей, разрезал воздух. Опасно, непохоже на всегда предусмотрительного брата. Разве он не понимал, что своим появлением подставляет весь клан целиком? Саске? Внутри вновь глухо заскворчала подавленная злость. Неужели Итачи действительно не способен думать ни о ком, кроме себя? Иначе отважился бы? "Он пронюхает". И тогда на допрос попадет уже не глупая блондинка, кто знает, удастся ли выбраться оттуда живым. "Говори и уходи". Чем быстрее, тем лучше.

+3

4

Саске не спал. Итачи приподнял голову, глядя ему в глаза. Чёлка качнулась, открывая чёрные глаза - образ Итачи был полным, он был одет так, как ходил только дома, и его Шаринган не был активирован. Это не имело значения, ведь перед Саске была иллюзия. Брат мог бы развеять её минимальным усилием - Итачи был мастером иллюзий, но не пытался сейчас вынудить младшего брата говорить с ним. Это была не самая сильная из его иллюзий, тем более, её было сложнее обнаружить и она требовала меньше чакры.
Он пришёл, чтобы поговорить, но начал с того, что молча вгляделся в лицо брата. Слишком долго он избегал всматриваться, но теперь в этих чертах были ответы на его вопросы. Саске выглядел плохо - со стороны легко было не понять это по лицу Учиха, хотя в непроницаемости Саске и уступал старшему брату, но Итачи видел всё. Видел одиночество, и беспокойство, и усталость - в такое время ему стоило спать. Бессонница? Но более всего ясно Итачи видел то выражение, какое очень - слишком привык видеть. Видеть на собственном лице.
Слова Саске прозвучали холодно. В груди шевельнулось болезненно-режущее “я потерял его”, оторвавшееся отзвуком того разговора две недели назад, но Итачи знал, что это ложь. Он ведь наблюдал за ним - и он был уверен, что за действиями его младшего брата лежало не безразличие.
И это лицо… Пойти на такое можно только ради того, за что ты готов отдать даже жизнь. Итачи знал.
Он отвёл взгляд на секунду, горько сводя брови.
- Нас обоих никто не услышит. Для стороннего наблюдателя ты просто спишь, - Итачи говорил негромко и спокойно. Возможно, брат воспримет его в штыки, но Итачи в действительности пришёл с конкретной целью. Не только - но и с ней. Даже если Саске не хочет видеть его и говорить с ним, это он должен узнать. - Ты волен разрушить иллюзию, Саске, но я пришёл, потому что хочу, чтобы ты знал, что в действительности происходит.
Итачи помедлил - прежде, чем он заговорит об этом, ему нужно было подтверждение от брата. Он достаточно решал за него. Он каждый день видел теперь, к чему привели его решения.
- Саске… - Итачи смотрел брату в глаза, и на его собственном лице лежала тень. Он не мог бы подобрать имени для этого чувства. Он искренне хотел помочь сейчас брату - но не из чувства любви к близкому, а потому что видел в нём себя и знал, как давит груз, который он поднял. - Я понимаю то, что ты чувствуешь сейчас. Слишком хорошо понимаю. Потому что именно это выражение я видел в собственных глазах. Я прятал это за маской АНБУ, я был никем, чтобы никто не мог прочитать моих чувств. Потому что раскрыть их что врагу, что другу означало подвергнуть опасности каждого, кто был мне дорог, - до сих пор не двигавшийся, Итачи шевельнулся. Его пальцы дрогнули, иллюзия соткала под ними маску - его привычную маску АНБУ. Он поднял её, но не закрыл лицо, только жестом напомнил такую привычную - слишком привычную картину. Его глаза, не скрытые маской, были напряжёнными и печальными. Он никому никогда не говорил об этом, даже Шисуи, хотя он был в курсе работы Итачи. Он не думал, что когда-либо станет говорить об этом со своим младшим братом, но многое изменилось. И то, что происходило сейчас, было цепью последствий. Слишком поздно было отступать - и Итачи отметал этот вариант, не испытывая ни мгновения желания последовать ему. - В моменты слабости я хотел, чтобы правда исчезла, чтобы эта маска стала моим настоящим лицом. И это почти стало правдой. - Итачи сжал пальцы, и маска, растрескавшись, осыпалась на пол. - Ты можешь никогда не простить меня за все эти годы, Саске, я понимаю это… Но этой маски больше нет, и - поэтому - баланс не мог сохраниться. Вся ответственность за это лежит на мне, и я должен сделать всё, чтобы не жалеть до последней минуты.
Лунный свет на полу напомнил Итачи детство, и сказанные сейчас слова, не запланированные и искренние, казались самому Итачи иллюзией. Он не мог ощущать температуры в комнате, где был Саске, - вокруг Итачи была влажная и холодная ночь, - но ему казалось, что там тепло. Это тепло и этот лунный свет были тем, от чего он отказался сам, во имя безопасности деревни и младшего брата готовый пожертвовать собой, тем, куда младший брат хотел вернуть его - и куда он хотел вернуться. Итачи знал, что этому, возможно, никогда не быть, но знать о важности этого не менее ценно.

+3

5

[indent] Он много говорил, долго и насыщенно. Саске выслушал молча, не прерывая брата: исповедь звучала горько, суровая правда, с которой столкнулся и сам Саске, став работать на Данзо, о какой подозревал и раньше. "Весь мир - ложь". Глупая иллюзия, ей нет конца. Все настоящее, во что верил когда-то, чем восхищался безмерно, все давно сгнило в пучине отчаяния, слова Итачи лишь подтверждали: бездна разверзлась, пути назад нет. Сколько лет он был один, что кропотливо собирал всю тьму вокруг себя, прятал ее от чужих глаз, оставлял других в неведении? Сколько времени провел, пытаясь сберечь то, что было обречено однажды развалиться мелкими обломками, разбиться хрустально на тысячи осколков?.. Изнанка мира отвращала, внушала недоверие, смотря в нее, Саске кристально чисто видел ужасное будущее, ожидающее впереди. Будущее, в котором нет прошлого.
[indent] Чем дольше говорил Итачи, тем больнее становилось в груди. Перед глазами бесконечной чередой пронеслись счастливые лица жителей Конохи, соратников-генинов, соклановцев. Вдоль их образов пролегли длинные трещины, как по зеркальной поверхности, раздробились окончательно, исказились, обезображенные прихотью злого рока. Саске отвернулся в сторону, подбородком к плечу, уставившись безжизненно в пустоту. С каждым новым неосторожным словом злость закипала сильнее, ненависть удушливо стискивала лапами горло. Если бы брат не замолк, ему бы пришлось заставить его, чтобы перевести дух, выдохнуть тяжело. Находиться в комнате стало невозможно.
[indent] Саске поднялся, мягко шагнул в сторону лунного квадрата на полу, подойдя к чуть приоткрытой бумажной створке двери. Он так и замер в темноте, стоя неподалеку от иллюзии брата, молчаливо и безутешно, смирившийся с нелегким выбором, легшим на плечи. На Итачи не смотрел, взгляд устремил к усыпанному звездами куполу ночного небосвода, растянувшегося шатром до горизонта. Небо всегда успокаивало, вместе с прохладным ветром обволакивало плечи. Ему не было дела до людских проблем.
[indent] - Ты стал слишком слаб, Итачи. - Фраза как приговор, бумажно-белые ладони свисают вдоль туловища, очерчивая фигуру. - Ты, тот, кого считали лучшим, первым, глупо попался и потерял все, что так долго создавал. - Взгляд темных глаз метнулся в сторону, снова коснувшись призрачной иллюзии, брови вновь нахмурились. - Я не такой, как ты. Я не ошибусь.
[indent] Саске повернулся к брату, переступив по холодному полу, уставился на него протяжно и тяжело. Ему нужны были ответы, и он собирался их получить любой ценой. Тем лучше, что Итачи пришел сам, меньше придется рыскать в его поисках, проще будет вернуть все на круги своя. "Или изменить".
[indent] - Что ты сделал?
[indent] Итоговый вопрос, заданный хладнокровно и без эмоций. Если оступится один, на его место должен прийти другой - таков закон мироздания. Но если ошибку допустил Учиха, его ношу должен взвалить на свои плечи его кровный брат - таков закон клана. Итачи еще не понимал, что натворил, но Саске уже все осознал и принял меры: к этому мгновению он готовился полжизни, и вот миг настал, только не принес долгожданного счастья. Ничего не принес кроме боли и отчаяния. "Такова судьба братьев Учиха". Та самая, которую так хотел сломать сам Саске. Та самая, которую он безропотно принял в своем сердце. "Я спасу тебя, Итачи". Даже если придется сгинуть для этого самому.

+3

6

Под этим обрывом поднимались толщи ледяной, тяжёлой воды. В ней нельзя было дышать, в ней не видно было света, в ней не разглядеть было дна и поверхности. Сказанные Итачи слова опускались туда, ложась на грудь его младшего брата медленно выдавливающими воздух камнями. Две недели назад он кричал и пылал острой, ослепительной ненавистью. Обвинял, любыми словами только кормил свою ярость, атаковал зло и резко. Его сердце пожирали боль, ненависть и одиночество, но за непроницаемой чернотой глаз Саске Итачи не видел этой толщи воды. Той, что лежала на его собственной груди многие годы, той, сквозь которую он не пытался смотреть - пока сияющий молнией клинок его брата не вскрыл этот покров. Это было так больно, словно его собственная кровь заставила вскипеть и вытолкнуть его весь этот ледяной омут. Итачи испытал отчаяние и ужас, но его взгляд больше не застило это, и его руки не были связаны - именно так он ощущал это сейчас.
Но теперь вместо него уходил в эту воду его младший брат. Сейчас чакра Саске не сияла так, как тогда. Он остывал, покрывался этой коркой, смешавшей тайну с отчаянием и усталостью. В груди Итачи тянуло от этого виной и болью, но сейчас было не время и не место смотреть на свои собственные чувства. Он знал, что испытывает, и знал, что сам является виной происходящего - но он всё ещё скрывается от собственных товарищей, затерявшись под густыми кронами лесов, всё ещё должен найти Минато и не допустить беду, которая может случиться с теми, кто оказался с ним связан - и с Саске. "Ты стал слишком слаб" - сказал ему его младший брат в ответ на искренность, которой так требовал от него две недели назад. Но Итачи не был жертвой случайности. Он принял своё решение и, понимая, что вину за последствия он возьмёт на себя, был готов к тому, что происходило. Он знал, ради чего делает это. Потому что он увидел, что тьма с каждым годом станет только больше.
И, в конце концов, исчезновение Минато не было связано с поступками Итачи, как бы Итачи ни готов был взвалить на себя всю вину. В тот день Итачи всё ещё носил свою непроницаемую маску. Хоть она и была лишь иллюзией, но в иллюзиях никто во всём мире, наверное, не мог бы его обойти. Это значило, что первый камень обвала упал уже в тот момент. Время уходило у всех. Будущее должно было измениться.
Итачи молчал, пока Саске смотрел в небо за приоткрытой створкой. Это была его иллюзия, и он был властен сделать её любой, но, как и почти всегда, Итачи лишь подумал об этом и не стал искажать естественной красоты ночного неба. Снаружи, в реальности, звёзды мерцали точно также. Иллюзия Итачи следила взглядом за Саске, словно сам он не видел сразу всю картину, ведь он создавал её.
Итачи встретил взгляд Саске спокойно и прямо. Он не дрогнул от его слов, ни на секунду не заколебавшись. Сейчас, многое обдумав за эти недели, он видел происходящее иначе. Да, в чём-то Саске был прав. Но судил он лишь об одном. Слова Итачи не удивили его, словно Саске уже понимал раньше, кем все эти годы являлся его брат. Значит...
"Ты решил встать на моё место, младший брат?.." - брови Итачи на секунду дрогнули. Не случайно, значит, а понимая, что принимает на себя груз, только что сброшенный братом?
- Неделю назад мне в руки попал отчёт, подписанный Харуно Сакурой, - заданный Саске вопрос, прозвучавший скорее как требование, был тем самым подтверждением готовности, которое Итачи ждал. Форма подтверждения его не смутила - лицо Итачи было спокойным и сосредоточенным - но не холодным и не выдававшим теперь эмоций, которые были с ним во время рассказа. В конце концов, он ведь пришёл передать информацию. - Из него следовало, что недавняя смерть одного из нашего клана почти наверняка является результатом приказа Данзо. Пусть это и было не подтверждено, но, заподозрив неладное и учитывая, что этот отчёт был в руках Данзо, я выяснил, что Сакуру тем же утром отправили на миссию, в одиночестве. Я отправил за ней своего клона и не ошибся. Данзо приказал своим людям убить её. АНБУ исполняют миссии молча, не обсуждая приказы - но для меня есть разница между защитой деревни, хотя бы и тёмными методами, и убийством одного из её жителей. Я принял решение и вмешался. Да, этим я выдал свою позицию, но к этому моменту она уже была предрешена. Данзо решился захватить власть, которой он много лет жаждал. Если это случится, всю деревню он окунёт во тьму, которая разливается вокруг него. Он никогда не был доволен тем, что Минато стал следующим Хокаге, но открытое столкновение означало бы жертвы среди жителей и уязвимое положение Скрытого Листа по отношению ко всему миру. Именно это и определило моё положение... на десять лет. То, что я сделал сейчас, было моим сознательным решением, Саске.
"Я перестал быть двойным агентом, потому что пришло время вскрыть свою истинную сторону и остановить Данзо" - Итачи не сомневался в том, что Саске умён, и эти слова, пусть и не сказанные, легко читались в его тексте. Он мог бы сказать и так - но что-то останавливало его. Грань между информацией о ситуации и признании своих истинных намерений. Как бы печально это ни было, но отчасти Итачи остановило то, что Саске попался в руки к Данзо. Да, старик пытается изловить его и нейтрализовать, но слова о прямом намерении приведут к открытому столкновению. И тогда Итачи убьёт Данзо - он едва ли сомневался в себе, а на Данзо смотрел очень много лет. Но эта битва, возможно, станет для него самого последней. Кроме того, в Конохе не было Минато, и это меняло ситуацию. Если Итачи сделает это, пока Минато нет, он навсегда покинет деревню. Только открытое утверждение Хокаге, что Итачи его человек, сохранит ему возможность остаться здесь. Вернуться домой.
Итачи замолчал, также стоя перед младшим братом и прямо глядя ему в лицо тёмными глазами. "Младший брат, мне понадобится твоя помощь" - Итачи никогда не думал, что однажды скажет эти слова... но сейчас он был готов. Не потому что не справился бы один - Итачи был всё также одинок и самоуверен, - а потому, что верил в брата и признавал то, что тот вырос.

+3

7

[indent] - Тц.
[indent] Саске склонил голову вниз, с трудом сдержав порыв искривить в ненависти и презрении рот. Брови тяжело сошлись на переносице, лишь на мимолетное мгновение выдав скользнувшее пламя злобы, но после черты лица разгладились, вернувшись к спокойной и холодной безмятежности. Он стал справляться лучше, словно шаг за шагом входил в темную воду, ступни утопали в тягучем иле, связывающем, забирающем остатки человечности. Вот и сейчас, переживая за Сакуру, тем не менее, Саске подавил неистовый порыв внутри. Итачи справился с защитой, все в порядке, Данзо не посмеет атаковать дважды, слишком явно и просто будет пройти по ниточке к нему. "Вот, почему он выдумал историю с Ино". Теперь все встало на свои места, но оттого ничуть не легче. "Не прощу". Злость вновь нахлынула, заставив сжать ладонь в кулак, Саске резко дернул подбородком в сторону, метнув полный черной текучей ненависти взгляд на брата. Данзо пытался устранить и его, будто поставил себе целью убить всех, кто дорог. Нет, все не так, на самом деле старому ублюдку просто не нужны сомневающиеся, ему требуются только верные солдаты. Значит, все байки, которые слышал Саске, оказались правдой: Учиха оказались непокорны и сильны, они выглядели настоящим препятствием на пути к силе. Он хотел их устранить, пока не поздно. Нужно было действовать на опережение.
[indent] - Он не доверяет мне.
[indent] Спокойные слова морозом по коже, прямое признание безвыходности ситуации. Даже на допросе Ино присутствовали лишние люди, совершенно точно за Саске следили и сейчас, если бы не иллюзия брата, его бы уже поймали. Только в гендзюцу можно говорить спокойно. Впрочем, если Итачи решил так подставиться, чтобы встретиться с Саске, значит, он пришел не с пустыми руками. Он должен был осознавать, что рискует не только своей шеей, тогда и повод обязан быть серьезным.
[indent] - Какой у тебя план?
[indent] Итачи что-то придумал, важно узнать, что именно, чтобы не попасть впросак. Даже если Саске не сможет помочь, он будет предупрежден, а вытащить информацию из мозга Учиха насильно практически невозможно. Скорее, он умрет, чем выдаст необходимые сведения. Ненависть отступила на второй план, сменившись разумными доводами. Чтобы победить Итачи, необходимо, чтобы он был жив, с мертвого небольшой спрос, а Саске не мог позволить себе проиграть. Стать сильнее нужно, но не такой ценой. Совершенно не такой. Они разберутся со всеми внутренними проблемами после, а пока есть общий враг, стоит сосредоточить внимание на нем.

+3

8

[indent] Ярость. В ответ на его слова, на рассказ о Сакуре в глазах Саске, которые только что смотрели сквозь так хорошо знакомую Итачи толщу тяжёлой воды, вспыхнула ярость. Ненависть, напомнившая ту, что видел в его сердце Итачи две недели назад, но всё же иная. Та была болезненной и острой, ненависть к нему - старшему брату, обрекшему на годы одиночества. Эту же, загоревшуюся в глазах тяжёлым жаром, пробудил не он, но то, о чём он говорил, хотя Саске смотрел на него. На мгновение на сердце Итачи стало тяжело от этого чувства, от того, что напомнил ему Саске этой вспышкой, но ощущение было иным, и не подчиняющаяся сознанию боль отступила. Итачи видел, как Саске давит эмоции, загоняя пыл ярости под ту же непроницаемую воду, и внутренне он не хотел видеть это. Достаточно было того, что тенью был Итачи, он хотел бы, чтобы брат его был другим... Те же мысли столько лет поддерживали его силы уходить всё дальше и дальше, потому сейчас он не сказал об этом ничего. Только сфокусировал взгляд, когда Саске заговорил. И снова холодом веяло от его слов.
[indent] "Я хотел бы по крайней мере облегчить твой груз..." - мысль была короткой. Всплыла в сознании лёгкой печалью и ушла, возвращая Итачи к мыслям о том, о чём они говорили с братом.
[indent] - Боюсь, что недоверие достаточно естественно. На чаше веры лежит только твоя отстранённость от меня и жажда силы - ведь это так? На другой же непредсказуемость и сила Учиха, и то, что ты мой родной брат, а мне он не верит так же. Сколь велик шанс, что ты предашь его? Данзо умён, он не станет спускать глаз. Но и отказываться от шанса использовать тебя не станет, - тон Итачи немного изменился. Он говорил деловито и ровно, его голос не выдавал никаких скрытых намерений и мыслей. - Если я в этом прав, то он до самого конца оставит тебя рядом с собой. Это предположение, но я не думаю, что он воспринимает тебя чем-то большим, чем инструмент в его планах - сомневаюсь, что он много кого воспринимает иначе. Не устрани он из Конохи Минато, ровно также он воспринимал бы и меня, но сейчас я выступил от своего собственного имени, - Итачи прикрыл глаза, на секунду отводя их в сторону, - когда размышлял, он часто делал так, хотя зачастую момента его размышления не было заметно со стороны.
[indent] На несколько мгновений он замолчал, готовясь продолжить мысль, и в этот момент подумал о том, что они никогда не разговаривали так. Саске был для Итачи знакомым и близким - несмотря на то, что они очень мало общались последние годы, несмотря на то, что, когда они были по-настоящему близки, Саске был ещё совсем ребёнком. Теперь он был взрослым, и в его глазах Итачи видел выражение, которое убеждало его - на младшего брата можно положиться. На кого ещё, если не на него? Каким бы он ни был сейчас, но он тот, кто не предаст своего старшего брата.
[indent] Вот, что значило по-настоящему иметь брата?
[indent] - Вернуть в Скрытый Лист Минато, не дав повода обвинить меня в предательстве за настоящие поступки. Если в течение нескольких дней мои поиски останутся бесплодными, я начну действовать сам, - перейдя по-настоящему к делу, Итачи перестал говорить много, возвращаясь к привычной манере излагать свои мысли. Полностью рассказанные мысли были обратной стороной многолетнего заточения эмоций - приняв решение открыть своё сердце, Итачи обрёл и возможность говорить, словно исповедоваться, но обсуждение планов не попадало в эту категорию. Он не скрывал сейчас ничего, просто опустил ненужные слова. Но нужные слова он умалчивать не хотел. На мгновение он закрыл глаза, опуская голову, а, когда поднял взгляд снова, на его губах была улыбка. Такая, как когда-то много лет назад - его настоящая улыбка, немного горькая только от того, что не слишком уместная. Когда он заговорил, в его тоне не было сомнений - скорее уж он звучал как предложение. - Я могу рассчитывать на тебя, младший брат?

+3

9

[indent] Иллюзия не кончалась, обуяла ночной тенью, задержалась в складках одежд. Саске взглянул на брата прямо, даже покровительственно. Итачи пришел с предложением о мире, он, наконец, принял брата как равного, но ситуация сложилась совсем иначе, чем он себе представлял. Возможно, впервые они встретились в таком положении, Саске четко осознавал, что сейчас в его праве согласиться или отпустить поводья, разрушить все одним словом. Итачи был сильнее, важнее, наследником, тем, на кого идет охота. У него имелись свои информаторы, что лишний раз подтверждали его глухие фразы, но одновременно с этим в разговоре он не был главным. Славное чувство. Раньше Саске бегал за ним, стремился дотянуться, достать, ухватиться за край одежд, чтобы хоть на минуту, мгновение стать ближе... Но сегодня брат сам явился к нему с просьбой, сел перед ним на колени, стал тем, кто находился во власти чужой мысли. Настоящее проявление любви, горькое и опасное, теперь раскрылась правда о том, как сильно Итачи действительно его любит, на что готов - поступиться не только гордостью, но и своей безопасностью - ради одной встречи. Темные глаза, такие же, как напротив, ни блика света, ни одного призрачного отражения в них, презрительно сузились. "Ты действительно ослаб", - в благословенной тиши легко читалась вторая часть фразы: "Потому что поддался своим чувствам".
[indent] - Вот как.
[indent] Кривая усмешка - не ответ, но осмысление, вторя собственным раздумьям, чуть опустив острый подбородок. Чувства бесполезны, любовь ослепляет, Итачи - лучшее тому доказательство. Теперь Саске понял. Еще недавно он вел себя совершенно также, чуть не поддался на провокацию Наруто, почти сорвался на Ино, остановился в последний момент. Каким он был глупцом. Пример брата - вот он, перед глазами; всесильный наследник Учиха, теперь преследуемый по закону, против которого ополчились важные люди, а он так наивно подставляется, спеша передать бесполезное сообщение своему младшему брату. Глубоко у сердца кольнуло, но на лице не дрогнул ни один мускул. "Этот мир неправильный". Он нуждается в изменении.
[indent] - Расправимся со стариком, - угол тонких губ изогнулся сильнее, в глубине черных глаз вспыхнул огонь, не предвещавший ничего хорошего ни Данзо, ни кому бы то ни было еще. - А потом, - недолгая пауза, в нее словно слышно, как удлиняются лунные тени, ползущие по дощатому полу. - Я разберусь с тобой, Итачи.
[indent] "Ты больше не посмеешь сбегать от меня". Невысказанное, что останется понятым так или иначе, точка кипения давно пройдена, пути назад нет. Есть лишь один способ разрубить гордиев узел - махнуть мечом широко сплеча. Саске все для себя решил, и переубедить его не смог бы никто на этом свете.

+3

10

[indent] Иллюзорный мир не продлился долго. В глазах Саске блеснуло превосходство - он, только-только взявшийся примерить на себя маску безразличия, сейчас считал, что чувства старшего брата - это его слабость. Слова уже были раньше сказаны в лицо, и теперь Итачи не составляло труда прочитать подобное выражение. Это не задевало - Итачи много лет прожил с убеждениями, подобными нынешнему взгляду Саске, и знал их цену слишком хорошо. Скрыть свои чувства под непроницаемой чернотой взгляда не сложно - после стольких лет этот навык Итачи не утратит больше, наверное, никогда. Он делал то, что делал, осознанно, и каждое слово, столько лет хранившееся за замком одиночества, много стоило для него. Он не обижался на младшего брата - лучшее, что он мог сделать, это принять его таким, какой он есть, и сделать для него так много, как может.
[indent] Ответ младшего брата Итачи встретил не словами, только взглядом. Он знал, что Саске не отступится от своего решения легко, и, даже помимо этого, Саске всё ещё оставался Саске. Он не мог не вернуть всё на круги своя, выдёргивая старшего брата из мгновения чувства семейного единения. И в то же время он не отказался. Итачи смотрел ему в глаза, и его взгляд был тёплым и не сомневающимся. Улыбка сошла с его лица через секунду, а глаза посерьёзнели. "В начале Данзо. Что будет потом, мы не знаем. Но я не убегу", - он не произнёс вслух ни слова, но эти слова - серьёзные и пахнущие обречённостью того, кто не уверен в своём "завтра", отразились в выражении его глаз.
[indent] - Пока я ищу Минато, мне сможет помочь только информация о нём, - Итачи разлепил губы и, словно бы, мгновение раздумывал, прежде чем заговорить. Он говорил о деле, и голос его был всё тем же спокойным и деловитым. - Данзо не должен получить повод заподозрить, что тебе нужна информация, ты и сам понимаешь это. - Итачи всё также просто стоял напротив, расслабленно опустив руки вдоль тела. Тени на полу бледнели - приближался рассвет. Вместе с чернотой теней должен был исчезнуть и ворон, время истекало. - После того, как я либо верну Минато, либо нет, я свяжусь с тобой. И ещё, сегодня утром я выведу Яманака Ино, прежде чем Данзо сможет избавиться от неё. - Итачи сделал шаг, приближаясь к брату, и повернул голову, указывая на тёмный двор взглядом. Чёрная птица с красными глазами бесшумно взмахнула крыльями, появляясь из темноты, приземлилась в полосу лунного света на полу. Ворон был иллюзией, иллюстрацией к тому, что Итачи собирался сказать, - Я всегда буду рядом. Если тебе понадобится связаться со мной, помни, что на животных можно накладывать гендзюцу.
[indent] Итачи замолчал, ещё несколько секунд продолжив смотреть в ночь, а потом вновь повернулся к Саске. Пора было уходить.
[indent] - Будь осторожен, Саске, - сказал он, и по его голосу легко было понять, что это последние слова. Потянуло ветром, Итачи сделал ещё пол шага вперёд, его губы улыбались. Он поднял руку, замер на мгновение и таким привычным жестом ткнул младшего брата в лоб. "Я обещал, что вернусь", - глаза Итачи на секунду приняли своё истинное выражение - напряжение, сила и непреклонная целеустремлённость, и его фигура потемнела, разваливаясь на бьющих крыльями чёрных птиц. Через секунду на полу перед Саске остались только несколько перьев в лунном свете.

Отредактировано Uchiha Itachi (16.03.18 00:37)

+4

11

[indent] Он никогда не договаривал, всегда исчезал в таинственной дымке, будто раз за разом сравнивал весы судьбы, словно боялся, что неосторожное слово может невесомым пером преломить ход событий. Саске ощущал это слишком хорошо, слишком оно было знакомо и четко представлялось, оттого злился только сильнее. С каждой тенью, мелькнувшей в непроницаемых глазах брата, подобная падала на его собственную душу и утяжеляла и без того непосильную ношу. Каждое слово делало на шаг ближе к бездонной пропасти, в которую катился весь чертов мир и куда отчаянно и с гордо поднятой головой брел сам Саске, не осознавая того. Или, возможно, наоборот, видя невероятно ясно и предельно далеко, но понимая, что любой шаг может стать последним. Вот, как чувствовал себя все время Итачи, теперь стали понятны его поступки, мотивы, желания. Так поздно и не вовремя.
[indent] - Тебе лучше поторопиться, - неспешно проговорил Саске в ответ. - Днем она будет мертва.
Данзо не позволит, чтобы правда стала известна другим, проще всего - устранить девчонку и дело с концом. На его месте Саске бы сделал именно так. Утром старик получит подробный отчет и отдаст необходимый приказ в обход распоряжений Саске, тогда будет поздно, чтобы что-то изменить.
[indent] Черный ворон порхнул вниз, оказавшись у самых ступней. Он вальяжно прошелся вперед, цепляясь корявыми лапами за пол, местами прикрытый циновкой, широко распахнул крылья. Иллюзия, такая же, как все кругом, как несуществующий дурацкий мир. Если бы он в одночасье развалился на куски, Саске бы не испытал никаких чувств, по крайней мере, так он думал в момент краткого свидания с братом. Впереди не наблюдалось света, и сам мир не был достоин его.
[indent] - ?!..
[indent] Из раздумий вывел простой и давно знакомый жест, фаланги пальцев легко коснулись лба, заставив вновь взглянуть вперед широко раскрывшимися на долю секунды от изумления глазами. Итачи улыбнулся тепло, как когда-то в детстве, по телу разлилась горячность воспоминаний, будто комнату на секунду затопили лучи высокого летнего солнца. Ветер принес аромат пряных цветов, Саске невольно подался, с губ чуть не слетела неосторожная фраза... Фигура брата рассыпалась воронами. Как всегда. Последовавший глубокий выдох смешался с резким выходом из гендзюцу, в последний миг мелькнули пара перьев и бесследно исчезли. Полная луна нагло окатила холодным светом, ладонь коснулась беспокойно взъерошенных волос, пройдясь дрожью к виску, скрыв под собой левый глаз. Если брат так легко может управлять его сознанием, значит, он все еще не сможет его победить. Глухой стук кулаком о пол, углы рта исказились в затаенной злобе на самого себя и собственное бессилие.
[indent] - Я стану сильнее, Итачи. - Обещание не брату, но насмешливой судьбе. - И ты больше никогда не взглянешь на меня свысока. Никто не взглянет.

Эпизод завершен

+4


Вы здесь » Naruto: After War » Вечное Цукуёми » 22.10.00. See me, hear me


Fables of Ainhoa Gates of FATE
lyl photoshop: Renaissance White PR