Naruto: After War

Объявление

Администрация





Топы



Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru
Активисты и лучший писатель:





Лучший эпизод



Дорогой, где ты был?

Она почему-то захотела снять очки.

В полумраке комнаты они были ей ни к чему.

«Читать дальше»
Добро пожаловать!



Предлагаем ознакомиться с FAQ по форуму



АкцииО миреСюжетПравила

ЭпизодыСписок ролейШаблон анкеты
Новости



26.04.2018г. Открыто голосование за активистов.

22.04.2018г. Мобильный дизайн.

Текущий челлендж



Посети Суну

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Naruto: After War » Альтернатива » We'll fight until the bitter end


We'll fight until the bitter end

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

I look across the raging war
and feel the steady beating of my heart.
By the silence we have all been cursed to witness
Sword are laid bare thanks to our own weakness

http://sh.uploads.ru/hKabp.gif
Герой, который нужен Листу.

Songs that cry the sound of war 
Echo through all that we knew 
Cruelty becomes the norm
We'll fight until the bitter end 

http://sg.uploads.ru/ShQ1v.gif
Герой, которого Лист заслужил.

Время:

Место:

4-я Мировая Война Шиноби
Второй день.

Страна Горячих Источников
Лес. Раннее утро.

Синопсис:
«Они сошлись. Волна и камень,
Стихи и проза, лёд и пламень.
Не столь различны меж собой...»

Учиха Итачи и Хатаке Какаши. Как будто небо и земля. Как будто свет и тьма. Словом, два бесконечно далёких друг от друга человека. Казалось бы, что общего могло найтись меж тем, кто всю свою жизнь купался в лучах любви и славы, и тем, кто до самой смерти влачил бесславное существование в тени? А общее меж ними вправду было, ведь они оба являлись настоящими шиноби, безропотно служившими родной деревне так, как могли только они. И вот они сошлись в последний раз. Два героя. Две легенды. Два Шарингана.

Отредактировано Hatake Kakashi (12.03.18 08:11)

+4

2

[indent] Он разделился с Нагато уже около часа назад, оставив того у пустого храма. Очевидно, в изначальные планы Кабуто закралась неожиданность. Всё это время он не разделял их, двоих обладателей сильнейших додзюцу, и не бросал их в бой. Итачи предполагал, что Кабуто заранее спланировал, для чего использовать их, однако этой ночью, очевидно, что-то изменилось на поле битвы, что заставило его бросить на перехват резерв. Поспешность была очевидной - Кабуто оставил позади малоподвижного Нагато, который замедлял Итачи вдвое. Сам он не сможет никуда уйти, и это значит, что Кабуто наверняка рассчитывает разобраться со своей проблемой с помощью Итачи быстро и вернуть его к Нагато.
[indent] Итачи двигался по прямой, не останавливаясь и не сбавляя быстрого темпа. Очевидно, владелец техники Эдо Тенсей точно знал, где и в какой момент Итачи должен кого-то перехватить. За сутки Итачи привык к ощущению, что тело неподвластно ему, но по отдаваемым командам он может делать вывод о намерениях того, кому хватило силы и спеси призвать из иного мира их души. Смерть подарила душе Итачи покой и мудрость того, кто прошёл свой путь до конца. Повлиять на борьбу тех, кто остался жить после него, было ему не по нраву. Мёртвые должны оставаться мёртвыми, они не должны влиять на мир живых. Подчиняться же чужим приказам и отдать кому-то в руки свою силу, было Итачи отдельно отвратительно. Существовать было для него бременем, но он знал, что должен сделать.
[indent] Поэтому к встрече, какой бы она ни была, он был готов. Его разум был свободен, а возможности Кабуто в управлении его силой ограничены. Это давало ему преимущество. И вынуждало к осторожности. Кабуто не узнает его мыслей, но о словах его он будет знать.
[indent] Эдо Тенсей делало возвращённых неспособными устать или истратить чакру. Итачи мог бы двигаться так сколь угодно долго, но через четверть часа он понял, что приближается к кому-то. У шиноби была сильная чакра - Итачи практически никогда не деактивировал Шаринган, когда был жив, теперь же ему это было даже не подвластно. Он приближался слева, и, насколько мог видеть Итачи, их встреча должна была произойти в лесу.
[indent] Ещё несколько прыжков - на мхе, обвившем толстый древесный сук, остался след его подошвы. Он, не знающий усталости, был быстрее шиноби - и увидел он его раньше. Узнав по мелькнувшему силуэту и цвету чакры, когда оказался ближе. Вот, кого остановить решил Кабуто. Вот, что за встреча ждала их обоих. Пожалуй, Итачи бы испытал сожаление, если бы его душа не была так спокойна. Он совершил много ошибок в жизни. Он принял их все вместе с ложью, которой окутал сам себя. Посмотреть в глаза этого человека не будет ему тяжело. Не от того, что стыд не знаком тому, кто выбрал путём своей жизни тьму.
От того, что он знал, что он просто такой как есть. Учиха Итачи, шиноби Скрытого Листа. Даже в смерти. Даже когда его тело под контролем.
[indent] Единственное, что он всё ещё продолжает хранить во тьме - свою правду. Правду, которая бросит тень не на него, а на его навсегда мёртвый клан.
[indent] - Какаши-сан, - голос прозвучал бы совершенно спокойно, если бы не нотка поспешности. Он окликнул шиноби ровно в то мгновение, когда понял - Кабуто знает, с кем имеет дело, и не намерен дать ему шанса скрыться, а потому планирует упреждающую атаку, пользуясь скоростью Итачи. Через долю секунды после того как Итачи заговорил, в его пальцах оказались сюрикены, мгновенно пущенные в шиноби Скрытого Листа. Однако, как и рассчитывал Итачи, потеряв эффект неожиданности, Кабуто позволил ему остановиться после первой атаки. Он мягко приземлился на толстую ветку, коснувшись коры пальцами, и выпрямился во весь рост. - Нам вновь уготован бой, но в этот раз я делаю это не по своей воле.[icon]https://i.imgur.com/IepuJQ8.png[/icon]

+2

3

For every man there is a cause which he would gladly die for
Defend the right to have a place to which he can belong to

[indent] Пройдя от начала и до самого конца еще совсем ребёнком всю предыдущую мировую войну, Хатаке Какаши, обагрив в крови руки, выковав жёсткий, неподатливый дух, и потеряв почти что в одночасье двух самых дорогих сердцу людей, тем не менее, никогда в последующие годы мира не испытывал презрения или ненависти к тем, против кого сражался раньше Скрытый Лист. Никто из Камня, чьи джонины стали причиной героической гибели Обито, и никто из Тумана, чьи АНБУ вынудили Рин пожертвовать собой, не смог бы в этом упрекнуть Копирующего Ниндзя, понимавшего всеми душою и сердцем: не просто так война была войной. И оттого со многими ужасными вещами, хотел Какаши того или нет, ему просто-напросто приходилось мириться, ведь кто бы смел упрекнуть многие страны за то, что ради победы, обещавшей закончиться миром, они готовы пойти на коварные подлости. Это понятно. Это допустимо. Это, к добру или к худу, простительно. Однако то, с чем столкнулся Хатаке на нынешней мировой войне, понять, осмыслить и уж тем более принять он, увы, был не в силах.
[indent] Вероломство. Самое отвратное и мерзкое вероломство, на какое способен был шиноби, утративший все человеческие качестве и превратившийся, в конце концов, в трусливое и жалкое ничтожество. Да, такое мнение Копирующий Ниндзя сформировал намедни о Якуши Кабуто, когда этот самодовольный юнец послал на смертный бой бессмертных мертвецов, возвратившихся против своей воли в наш бренный мир . И именно это, признаться, заставляло кровь в жилах Хатаке вскипать, как раскалённая лава в вулкане. Своим примером Учиха Обито давным-давно научил лучшего друга самой простой и в то же время поистине священной истине, что «нет большего героизма, чем отдать самозабвенно жизнь за то, что тебе по-настоящему дорого». Какая еще причина могла заставить кого бы то ни было, превозмогая отчаянье и злобу, умирать с улыбкой на устах? Никакая. Так кем же самонадеянно возомнил себя Якуши Кабуто, посмевший забрать у почивших то единственное, что осталось с ними после смерти? Непростительно! И чудовищно! Пожалуй, во всём необъятном мире не нашлось бы другого такого человека, которого Хатаке Какаши презирал бы столь рьяно и пылко.
[indent] Сегодняшним утром Третья Дивизия намеревалась запечатать оставшихся воскрешенных мертвецов и зачистить вверенную им территорию от Белых Зецу, а для того, чтобы быстрее обнаружить противников, были сформировано несколько разведотрядов, причём во главе одного встал лично генерал Какаши. Прыгая от одной ветки высоко древа к другой, он вместе со своими товарищами какое-то время стремительно продвигался вглубь леса, пока внезапно сенсор не засёк сразу несколько источников чакры: подступавшую к базе многочисленную, но довольно слабую толпу противников с одной стороны и одного, но чрезвычайно сильного человека с другой. Быстро смекнув, что первой целью являлись Зецу, а второй — кто-то из воскрешенных, Какаши велел подчинённым отправляться на зачистку, попутно вызвав команду запечатывания, до прибытия которой он лично будет сдерживать живого мертвеца. И вот, в мгновение ока отряд разошелся в разные стороны, а Какаши уже спустя минуту-две оказался один. Открытый для атаки с любой возможной стороны, однако только с виду. И потому, когда на горизонте всплыла вражеская фигура, двигавшаяся намного быстрее Хатаке, генерал всё же оказался готов к схватке со своим противником. Которым оказался никто иной, как Учиха Итачи, чей до дрожи знакомый голос, отдававший извечно невозмутимым спокойствием, вдруг прозвучал неподалёку. 
[indent] «Выходит, что из всех воскрешенных это должен был быть именно ты...»
[indent] Им вскорости проведённая  атаки по сути дела таковою вовсе не являлась, ведь как бы ни был он искусен в обращении с сюрикенами, одно только холодное оружие не могло принести победы. Выхватив простой кунай из сумки, Какаши без особых усилий отбил все пущенные в его сторону снаряды, после чего отпрыгнул еще дальше, приземлившись на одной из высоких древесных ветвей. Не так уж далеко от своего противника. И прямо напротив него.
[indent] Итачи... столь же загадочный, сколь и непонятный. Они никогда не называли себя друзьями, да и товарищами побыть успели всего ничего, однако то, как радикально и часто менялось отношение к нему, служило доказательством: этот человек по-настоящему интересовал Хатаке. И теперь, узнав наконец-таки доподлинную правду о нём, Какаши всё же смог понять, кем впредь будет для него Итачи.  Героем. Таким же, как и Обито. Или даже больше. Ведь если о подвиге одного из Учиха знал весь Скрытый Лист, то о подвиге другого знали лишь единицы. Поклявшиеся никогда впредь не вспоминать об этом.
[indent] — Я понимаю. Как понимаю и то, что по своей воле ты никогда бы не причинил непоправимый вред Скрытому Листу, — молвил генерал своим уверенным и твёрдым голосом, поднимая повязку на лоб и обнажая для предстоявшей битвы Шаринган. Битвы поистине трудной. С одним из самых опасных противником, чьи мастерство и умение в одних областях равнялись его собственным, а в других на голову превосходили, не говоря уж и о том, что со своими неразрушимым телом и бесконечной чакрой Итачи и вовсе рисковал в считанные минуты смести с лица земли Копирующего Ниндзя, если тот не сумеет продержаться достаточно долго до прибытия подмоги. А он, само собой, намеревался постараться как следует.
[indent] — Как и ты когда-то, я сделаю то, что должен — сказал Какаши, концентрируя чакру в правой ладони и придавая ей природу электричества, в мгновение ока превратив свою руку в сверкавший ярким светом клинок из молнии. — Не потому, что я презираю тебя или ненавижу, — за секунду другую эффект Райкири перекинулся и на кунай, который Какаши не выпускал всё это время из пальцев. — А потому, что теперь, когда мне известна правда, я хочу, чтоб твой долгожданный покой  впредь ничто не тревожило!
[indent] И спустя еще долю мгновений электрический кунай уже летел в направлении Учиха. Нет, не в него самого, ведь увернуться с его-то Шаринганом не проблема, а в основание сука, на котором Итачи стоял, грозясь подчистую срубить его. Не сводя свой левый глаз с противника и в то же время старательно избегая прямого контакта взглядами, Какаши терпеливо и внимательно ожидал каких-либо ответных действий. Дабы воспользоваться своими противодействиями и получить возможность скрыться из виду. Ведь лоб в лоб победить Итачи невозможно. Как славно, что Хатаке привык полагаться на хитрость.

And every man will fight with his bare hands in desperation
And shed his blood to stem the flood to barricade invasion

[ava]http://s9.uploads.ru/VTYCG.png[/ava]

Отредактировано Hatake Kakashi (26.03.18 15:40)

+2

4

[indent] “Как понимаю и то, что по своей воле ты никогда бы не причинил непоправимый вред Скрытому Листу”, - что первыми словами Какаши будут подобные, Итачи не ожидал. Произнесённые, словно эта истина не подлежала сомнению, словно перед шиноби Листа был друг и союзник - не тот, кто многие годы являлся самым опасным нукенином Конохи. Итачи, выигравший время, чтобы поговорить, чтобы задать вопрос, важный ему больше всего, сейчас замер, несколько секунд ничего не говоря. Его глаза, чьё выражение было ещё сложнее обычного прочитать из-за Эдо Тенсей, стали холоднее. Слова Какаши прозвучали так, что выдавали - правда, которую так хотел во тьме скрыть Итачи, остаться и в смерти врагом, навсегда унося в могилу предательство клана, решения Третьего, власть Данзо, не была больше тайной. Он был теперь героем… Ни в смерти, ни в жизни ему не было это нужно. Самопожертвование - это то, на что без колебаний пойдёт шиноби ради защиты того, что действительно дорого. Вот, чему он научился когда-то у Шисуи и с чем прожил всю свою жизнь, никого не виня в том, какой она оказалась.
[indent] - Не причинил бы вред Скрытому Листу? - голос Итачи был ровным, равнодушным с тенью прошлого холода. Всего лишь упоминание неизвестной правды не могло стать достаточным для того, чтобы отказаться от холодящей лицо маски. - Что за правду ты узнал, что делаешь подобный вывод?
[indent] Интонации были привычными - та самая ложь, в которую поверил он сам. Держать её при себе и сейчас не было сложно, как не было и просто. Он не был таким же, каким прожил свою жизнь. Оков лжи больше не было, но известие о том, что унести правду в могилу он не смог, нарушило его спокойствие. За фарфоровой маской в белом и красном сейчас были совершенно иные мысли. Правда? Одеть в это слово можно было любую ложь. Его правда спала сном в его могиле - никто не узнает, о чём думал он и чем жил, какой стала его жизнь. Любые сказанные слова будут лишь тенью его жизни, тенью его реальности. Тенью тьмы, сотканной из боли и одиночества, которую он вспоминал теперь, не теряя тёплого огня в сердце. Не правдивее, чем гендзюцу. Итачи подумал, что не ожидал бы, что такой человек, как Хатаке Какаши окажется тем, кто искренне убеждён в узнанной откуда-то "правде", ведь подтверждений ей найти было бы более, чем сложно. И всё же - Какаши говорил о том, что Итачи был верен деревне Скрытого Листа. И это среди всего не было ложью - действительно не было.
[indent] "Тоби..." - единственный, кто знал многое и мог узнать ещё больше. Единственный, кто видел его лицо без маски, кто заглядывал в его глаза ещё тогда. Итачи опустил ресницы, напряжённо сузив глаза.
[indent] Итачи не был настроен сражаться, хоть и понимал, что это неизбежно - Кабуто недаром заставил его прийти сюда. Если использует его полную силу, даже у шиноби такого уровня как Хатаке Какаши не будет особенных шансов, но его семпай держится спокойно. Он умён и, возможно, имеет план. Что ж, Итачи вряд ли поможет ему, но попробует не мешать. Сияющий молнией кунай врезался в ветвь, на которой стоял Итачи, без труда срубая его в голубой вспышке разряженной техники. Итачи, лишённый возможности управлять своим телом, спокойно отметил, что Кабуто выбрал не разрывать дистанцию, но и не бросаться вперёд. Итачи легко толкнулся от падающего сука и перескочил на соседний. Ещё пара секунд до атаки, пока дорвавшийся до силы кукловод выбирает, какой стиль боя ему больше нравится. Итачи много что мог предложить ему, но не собирался упрощать задачу. Возможно, он ещё успеет задать свой вопрос.
[indent] - Это известно всему Скрытого Листу? - секунды назад он едва ли не сказал "ты поверил в глупую ложь", но сейчас Итачи видел, что его нежелание пустить эту правду в мир уже не меняло ничего, а вместе с этим не было больше и нужды держать маску. Он выдохнул, неуловимо меняясь в лице. - Ответь мне - что с Саске?
[indent] Его голос был ясным и словно сухим - бросив ставшую когда-то плотью маску, Итачи стал самим собой. Он говорил быстро, не упуская времени и не скрывая того, что именно этот вопрос из всех был тем самым, время на который он хотел выиграть. Именно судьба его младшего брата была именно тем, что интересовало его больше всего.
[indent] - Раз обо мне знаешь ты, то ... - договорить Итачи не смог. На мгновение его тело окаменело, вырываясь из-под его воли, а потом он бросился вперёд, в атаку. До Какаши ему был один прыжок - тайдзюцу, значит. Из трёх категорий способностей шиноби им Итачи владел на более низком уровне - но при этом именно тайдзюцу было его основной тактикой в жизни. Первым, к чему он прибегал - как и сейчас. Этот удар был прямым - пробным. За ним последует серия. Тело Итачи работало в свою полную силу, хоть и не выходило за рамки внутренней сдержанности. Итачи отмечал это, но повлиять возможности не имел. Лучшее, что он может сделать - это предупредить Какаши о надвигающейся атаке. В конце короткой серии Итачи нанёс удар ногой, смыслом которого была не столько атака, сколько толчок назад, чтобы оказаться в воздухе. - Готовься! - крикнул Итачи за мгновение до того, как с его пальцев сорвались сюрикены, вспыхивающие огненной чакрой, выдохнутой на них ещё прежде, чем они отдалились.
[indent] "Хосенка Тсумабени!"[icon]https://i.imgur.com/IpmjVxJ.png[/icon]

Отредактировано Uchiha Itachi (03.04.18 00:37)

+2


Вы здесь » Naruto: After War » Альтернатива » We'll fight until the bitter end